История моей любви (часть вторая)

Первый мой парень был моим первым все: первый поцелуй, первый секс и первое разочарование. Его разочарование во мне. После того, как мы в первый раз переспали, я ему на сообщения и звонки не отвечала еще полгода. Катеринка получила, что хотела, и убежала. Я тогда своим друзьям-подругам так и говорила, что “Я им воспользовалась”. Мне нужно было самоутвердится и оправдаться самой себе за ту пустоту, что я старалась в себе заполнить буквально первым встречным человеком (только уже шесть лет спустя я поняла, что эту пустоту можно только заполнить собой, но не об этом сейчас речь).

Поцелуи перед лагерным костром ;)
Поцелуи перед лагерным костром 😉

Тогда я чувстовала себя властной, всемогущей и на все способной девушкой. Мне нравилась идея того, что я заставила парня страдать, а не наоборот. Возможно, это был механизм самообороны: я боялась быть брошенной, поэтому я бросила его… Мы до сих пор иногда переписываемся, и, когда я нахожусь в Москве, обязательно встречаемся. Он постоянно мною удивляется, ведь от отличницы, с которой он переспал, почти ничего не осталось. А я удивляюсь тому, насколько он не прав и все еще является тем самым парнем, которого я знала шесть лет назад.

Когда мне было 16, у меня был еще один тайный лагерный роман, с поцелуями в темных кабинетах и записках, “анонимно” оставленных мне на двери.

Как позже оказалось, он был влюблен в свою маму больше чем в меня, и не мог про нее перестать разговаривать.

Не буду вдаваться в подробности, но помимо поцелуев с черезчур открытым ртом, большой закомплексованности о его росте (он был на несколько сантиметров выше меня, но не считал этого достаточным) и постоянных слов о своей матери, он ничего не мог мне предложить. Прощай-пока, сказала я и двинулась дальше. И вдруг начала встречаться с одним из своих одноклассников, с которым наши общие друзья, можно сказать, заставили сходить на свидание.

Эти отношения у меня, к удивлению, продержались целых девять месяцев, хотя в самом начале я ему дала понять, что совсем им не интересуюсь. Вскоре, мы были почти совсем неразлучны. И так мы держались до тех пор, пока я не уехла в Штаты на учебу.

Все это время я вела себя так, как будто только мои чувства были важны. Видимо та уверенность, которую я излучала, была ничем иным, а выражение волнений маленькой девочки, которая боялась остаться одной.

В Америке же парни оказались очень даже другими. Об этом в следующем посте.

(История моей любви (часть вторая))